07.08.2017 Administrator

26. Как я могу совершенно незнакомому человеку открывать свою душу?

Вообще-то незнакомому человеку открывать душу как раз легче, чем знакомому. Так бывает в поезде: люди видят друг друга первый раз и бывают друг с другом совершенно откровенны.
Ну, а когда приходишь к незнакомому врачу? Разве не открываешь ему свое тело? Хотя видишь его, может быть, первый раз. Ты же не скажешь: «Пусть через одежду меня слушает. Пусть с закрытым ртом мне зубы лечит».

Или пошлют тебя на рентген, а там — другой врач, тоже незнакомый. Разденешься, затаишь дыхание – и он тебя просветит насквозь. И увидит все твои внутренности, до костей, со всеми болячками.
А если дело серьезное, если нужна операция? Здесь уж нам придется быть не только без одежды, но совершенно незнакомый хирург вскроет наше тело, и видны будут наши внутренности, и медсестры даже смогут туда заглянуть — а там, может быть, и что-то не очень симпатичное окажется. Так что же, не видеть им этого? Пусть остается? Опасно, можно умереть. Лучше поскорее удалить то, что нагноилось, – и будешь, Бог даст, здоров.

Но так же и душу нужно полностью открыть Богу. Ни в чем не лукавя, не оставляя никаких темных закоулков, о которых бы нам не хотелось думать. Иначе душа не исцелеет.
Церковь – это врачебница, как говорит священник в молитве Таинства Исповеди. В ней врачуются и душа и тело. Тело страдает от недугов души.

Когда душа покидает тело, человек умирает. Тело без души – это труп. Следовательно, душа важнее, чем тело. И болезни у нее серьезнее, потому что смерть души – вечная.

Страшно, может быть, идти на исповедь. Но еще страшнее – жить с грехами на своей совести.
На исповеди мы стоим, прежде всего, перед Богом. Мы Его не видим, но Он видит нас насквозь – как на рентгене. А батюшка – только свидетель того, в чем мы каемся Богу.

У монахов есть ежедневное откровение помыслов. А ну-ка, скажи, о чем греховном думал сегодня? И это – великая помощь человеку. Когда мы выносим наружу, на свет свои ( а то и вовсе не свои, а вражьи) дурные помыслы, нам легче их побеждать.

Когда мы живем от исповеди к исповеди, то начинаем жить перед Богом с прозрачной душой. Начинаем сами себя лучше видеть. Становимся более искренними, более честными перед своей совестью, перед Богом и людьми. Ведь нет никакого смысла прятать что-либо от Бога: Он все равно все знает, от Него ни одна мысль наша не ускользнет, (Поэтому мы не можем думать, что Он каких-то наших молитв не слышит.) И начинаем смотреть на вещи совершенно реально: есть то, что действительно есть, а не только то, о чем люди узнали. Мы не говорим тогда: «Кому какое дело, что я подумал? Я же ничего не сказал, не сделал». Но душа-то этим живет. Она делает свой главный выбор — между добром и злом. Этот выбор определяет все качество жизни, все качество человека.

Так же, как ни врачей, ни медсестер не удивят наши болезни, так же и священника не удивят наши грехи. Если у больного какой-то серьезный недуг, то это вызывает лишь большее сочувствие врачей, заставляет их быть к нему внимательнее.

Врач лечит каждого больного отдельно, и также исповедоваться должен каждый из нас индивидуально. Каяться в своих грехах, больше ни о ком на исповеди не упоминать. Господь говорит каждому из нас: «Покайся. Постарайся больше этого не делать. Я любой грех прощу. А если забыл что-то, не заметил, — прощу в Таинстве Соборования».
Такова любовь Божия к роду человеческому.

Некоторые слышали, что соборуются перед смертью. Нет, это Таинство для всех недугующих, для всех кающихся. Все молитвы, все просьбы там — об исцелении души и тела. Соборуемся мы обычно раз в год, Великим постом. При совершении этого Таинства священники с молитвой помазывают молящихся освященным маслом.

То, что установлено Богом — Врачом душ и телес наших, — всегда нам на пользу. Так же как всякое отступление от Бога, всякий грех — это рана. Так учат нас наши проповедники.

Грех — это рана, как всякая рана на здоровом теле человека. Как ее ни припудривай, как ни говори, что это очень интересно, современно (или как там еще?) — всё равно здоровое тело лучше. Эта рана может даже и не болеть. Но врачи знают, что это еще опаснее.

Разве курение — это не рана? Для легких, для сердца, для души? Разве можно сказать, что алкоголь или наркотики полезны для здоровья?
Любой грех вреден и для души, и для тела.
Понятие греха очень нужно нам в жизни. Особенно — в воспитании детей. Грех — мудрое это слово. Оно ясно говорит, что хорошо, а что плохо и чего не должно быть в жизни. Оно все ставит на свои места.

НАШИ КОНТАКТЫ

Русская Православная Церковь, Вятская митрополия, Уржумская епархия, Белохолуницкое благочиние